Владимир Кучеренко

Панкратьев мост


 

Вечером, в голубых прозрачных сумерках, появился Жорка. Павел готовился к поступлению в институт. Но, как частенько с ним это бывало, он думал не о законах природы, а об Ольге.

- Студентам привет, - поздоровался  Жорка.

- Привет.  Павел с облегчением бросил учебник физики на стол.

Жорка прошел в комнату, на ходу сбрасывая с длинных жилистых ног коричневые польские туфли.

- Хорошо,- сказал он и с удовольствием растянулся на диване.

Вслед за Жоркой в комнату просочился Кешка – большой пепельный кот с мрачными глазами. С минуту он раздумывал – пойти ли по своим делам или остаться с друзьями. Решив остаться, он первым делом понюхал Жоркины туфли, потом прошелся по столу, брезгливо взглянув на учебник физики, и прыгнул на диван.

- Как дела, - спросил Жорка.

- Нормально.

- Грызешь науку?

- Грызу.

- Грызи,- у Жорки был задумчивый вид. – Тяжело, брат в учении – легко в бою. Вспомни наши родные воздушно-десантные войска.

Павел вздохнул. Одно дело – хотеть поступить в институт и совсем другое – готовиться к поступлению. Всего три недели прошло, как они с Жоркой ушли на дембель.

Павел съездил в кораблестроительный институт, взял программы, достал учебники. Ему посоветовали записаться на курсы, но там надо было год париться, а он хотел определиться с собой в этом году. Надо было решать что-то и с Ольгой.

Не раз представлял он себя на вступительных экзаменах в форме воздушно-десантных войск. Четкий строевой шаг, все молокососы, естественно, в сторону, ботинки – зеркало, складки на брюках – острее бритвы, голубой берет на бровь.

Что там какие-то экзамены.

Но когда Павел садился готовиться к экзаменам, легкий холодок продирал спину. Не хотели держаться в голове хитрые формулы, ироничный Лермонтов напоминал о собственном ничтожестве. За годы службы школьные знания основательно подзабылись.

Кот Кешка тоже решил приобщиться к наукам. Он садился на столе и внимательно прислушивался к шуршанию страниц. Павел смахивал кота, подолгу смотрел в окно.

Вертелась в  голове строчка из Фауста – скучна теория мой друг, а древо жизни вечно зеленеет. Он думал о том, как верно все давно определили классики.

Перед обедом к нему заходил Жорка, весь мятый после очередной бессонной ночи. Они уходили на пляж.

Жорка, в отличии от Павла, решил уехать. Куда-то далеко, далеко. Может быть на Сахалин или на остров с таинственным названием Колгуев. Об острове он услышал от залетного бича. Бич, насквозь пропившись, давно исчез в серых туманах полярного моря, перехватив немножко деньжат на дорогу у Жорки.

После себя он оставил какой-то сомнительный адрес, по которому Жорку должны были принять на работу без лишних слов, да эту мечту, осуществление которой откладывалось изо дня на день.

Павел снова раскрыл учебник. Жорка рассеянно смотрел в потолок. Если прищурить глаза, то потолок казался большой картой, а маленькое коричневое пятнышко – очертанием неизвестного острова.

Может это остров Колгуев?

Пришло решение махнуть туда немедля. Может быть даже завтра. Пора начинать новую жизнь. Надоели бессонные ночи, каждый раз с другой девчонкой, танцы под заезженную музыку на «Ромашке», постоянные драки то с забалковскими то с военскими.

Надоели утренние перебранки с матерью, которая считала своим долгом учить его.

Жорка искоса посмотрел на Павла. Как он может заниматься зубрежкой, подумал он.

- Я и минуты не высидел бы за книгой.

- Что толку. В голову все равно ничего не лезет. Если вдруг не поступлю,- добавил Павел мрачно,- тоже уеду куда-нибудь.

- А давай со мною, на Колгуев, а? Спать будем на медвежьих шкурах. А сгущенку будем жрать прямо из банок.

Колгуев так Колгуев. Павел приободрился, его обрадовала перемена темы.

- Откуда там медвежьи шкуры?

- Эх ты, а еще в институт собрался. Это же единственное место, где остались белые медведи в диком состоянии.

- Так уж. А в Ледовитом океане?

Жорка заметил, что Ледовитый океан давно стал филиалом московского зоопарка.

- Курить охота, - лениво процедил он, встретившись с внимательным взглядом кота.

- Кури, - разрешил Павел.

Жорка достал  «Космос», щелчком выбил из пачки сигарету. Павел не поленился и принес пепельницу – полулитровую банку. Иначе придется доставать окурки из-под дивана и других неожиданных мест. Жорка с наслаждением втянул дым, прислушался к себе, потом выпустил его сквозь зубы. Курил он артистически, сохраняя на сигарете серый пепельный столбик.

Кешка следил за его манипуляциями и от восхищения водил усами. Очевидно, добывание дыма из небольшой трубочки казалось ему чудом.

Жорка стряхнул столбик пепла в банку, полистал учебник. Закон Ома, закон Кирхгофа. Одни законы. Нет, все- таки скучно жить по законам.

- Идешь вечером куда-то? – спросил Павел.

- На «Ромашку». Вчера били военских, сегодня военские будут бить мельничных. Надо идти. Надоело все это. Может быть, завтра и уеду.

- Куда?

- Да все туда же. На остров Колгуев. Одним словом туда, где настоящее дело ждет настоящих мужчин.

- А здесь нет настоящих мужчин?

 - Есть, конечно. Вот ты, например. Мы же с тобою десантники. А они всегда были настоящими мужчинами. Хотя ты, наверное, еще мальчик.

У Павла загорелись уши.

- Послушай, - сказал Жорка. – Неужели у вас с Ольгой до сих пор ничего серьезного не было.

- Да тебе что?

- Может ты не знаешь, как это делается. Дать тебе несколько советов. Не упрямься, благодарить потом будешь.

- Ладно, делись своими советами…

- Слушай. Совет первый – будь посмелее. Девушки любят смелых, но не нахальных. Совет второй – смелым надо быть не всегда. Бывает только один миг, когда нужно быть смелым. Упустишь его – лучше ничего не предпринимай. А этот миг ты сам должен прочувствовать. Вернее, тебе его подскажет твоя девушка. Как? Да любым образом. Взглядом, улыбкой, настроением. Все понял?

- Как не понять. Такой учитель дает урок – северный волк, покоритель высоких широт и женских сердец.

- Молодец, умница. А знаешь, что мы с тобой сегодня сделаем?.. Я достану вина и дождусь тебя здесь. Ты возвращаешься со свидания, и мы с тобой обмываем твой успех, а заодно и мой отъезд. Идет?

- Но как же «Ромашка»?

- Сегодня прогул. Гони монету.

Павел дал Жорке два рубля. До встречи с Ольгой оставалось полчаса. Он начал собираться. Жорка докуривал сигарету.

- В древнем Риме мать, провожая сына на войну, желала ему вернуться со щитом или на щите. Хотя сравнение и банально, но я желаю тебе вернуться со щитом.

Павел представил, как его несут на щите.

- Лучше, конечно, со щитом, - сказал он и вышел из комнаты.

 

В подъезде стояла темнота, под ногами хрустело стекло. Опять разбили лампочку. Павел хлопнул дверью и окунулся в июльскую ночь, настоянную на тонком аромате цветущей розы. Где-то далеко, у самой черты горизонта, вспыхивали зарницы. Павел перелез через ограду старого парка, постоял немного возле единственного на весь парк фонаря. Стояла необыкновенная тишина, только слышался рождающийся из этой тишины треск бабочек, которые вились в конусе света. В глубь парка вела аллея, посыпанная тонко размолотыми ракушками. Павел вошел в темноту аллеи, как пловец в воду. Он физически ощущал свое собственное растворение в первозданном мраке ночи. Постепенно исчезало ощущение тела. Сознание, освобождаясь от материальной оболочки, принадлежало уже не ему, а кому-то более разумному, чем он. Павел увидел себя со стороны. И видит он, что не он идет, а его ведут к его собственной судьбе.

Я думал – это жизнь, а это просто сниться. Эти строчки из какого-то поэта, как нельзя кстати подходили к его внутреннему состоянию.

Над затянутым в талии тополем выглянула из-за тучи бледная луна. Павел внутренне вздрогнул – под тополем стояла Ольга. Странное дело – он поймал себя на ощущении, что Ольга сейчас не такая, какой она вспоминалась ему днем. А вдруг она догадается о той разнице между ней и той, которая существует в его представлении. Он понял, что воспоминания и составляют его жизнь. Ольга в его воспоминаниях была иной, она чем-то отличалась от той, которая стояла под тополем.

Они медленно пошли рядом. Впереди побежали их тени.

- Как поживает твой дружок?

- Собирается уезжать.

- Тебя с собою не берет?

- Если не сдам экзамены, то уеду вместе с ним.

Ольга шла чуть впереди. Как будто и не с ним. Павел нашел ее ладонь.

- Как у тебя с институтом?

- Готовлюсь, - Павел почувствовал себя преступником.

Общие, необязательные вопросы, но они как  ступеньки вели их куда-то, заставляя в то же время выхватывать из мира незаметные, но очень важные для этого мира детали. Несмотря на то, что каждый вечер с Ольгой чем-то отличался от предыдущего, в сознании Павла уже навеки отпечаталась эта картинка с тусклой лампочкой, белыми дорожками аллей, темной грудой памятника Карлу Марксу. И каждый раз, когда он начинал думать о ней, он видел именно эту картинку.

- Ты так сильно загорел за это время. От тебя солнцем пахнет.

Они дошли до скамейки. Павлу захотелось поцеловать ее в губы, влажно блестевшие в лунном свете. Поцеловать внезапно, ощутив всеми мускулами сопротивление девичьего тела. Он подошел к ней вплотную. Ольга уперлась кулачками ему в грудь. Смеялась луна, плавающая в ее расширенных зрачках. Какая-то она сегодня особенная, особенно глаза.

- Глаза у тебя сейчас хитрые. Как у азиатов…

- С раскосыми и жадными очами?

Они рассмеялись. Вот тот миг, когда нужно быть смелым, подумал Павел. Он вздохнул, закрыл глаза и поцеловал ее твердые и прохладные губы. Когда он открыл глаза, Ольга смотрела на него и даже не скрывала, что подсматривала за ним.

Таким же взглядом, как она сейчас, смотрел он когда-то на обнаженную женщину, столкнувшись с ней на пустынном балтийском пляже, возле Паланги.

Миллионы лучей плясали на морской глади, ослепляя Павла. Он вышел из прибрежных зарослей, опутанных белыми нитями паутины, на узкую полоску песчаного берега. У влажной линии прибоя он остановился и зачерпнул ладонью холодную воду. На вкус вода оказалась совсем не соленой. Вот она какая, Балтика, подумал он.

Откуда взялась эта женщина? Минутой раньше здесь кроме него никого не было. Может, как Венера, родилась из солнечного света и водяных брызг. Она приближалась к нему, золотисто-свежая, только груди и бедра, беззащитно обнаженные, были лишь слегка прихвачены ласковым солнышком. Она посмотрела на него взглядом, от которого у Павла посыпались искры и исчезла в прибрежных кустах. Он зашел в воду, потер виски. Острое желание пойти вслед за ней и осознание того, что он воспитанный человек, а не животное, разваливало его на куски.

Он пошел в другую сторону. За ближней дюной, в пожелтевшей траве, ему попалась отломанная от древка табличка, из которой стало ясно, что он попал на женский пляж… Женщины не стыдятся своих обнаженных тел, потому что  рожают и царей и нищих голыми.

Глаза Ольги, стреляющие голубым огнем, выдавали ее. Она подсматривала за ним и не скрывала этого. Вечное стремление познать истину, неважно, локальная она или мирового масштаба.

- Ты многим нравишься, Павлик.

- Не знаю, - соврал он.

Следующих событий Павел никак не ожидал. Ольга расстегнула кошачьим движением пуговицу на его рубашке и начала целовать его тело. Ощущение легкого озноба приводило его в полуобморочное состояние.

Павел кончиками пальцев дотронулся к ее шее, опустил руку за вырез платья. Наступил миг, когда не услышишь взрыва вселенной. Ольга вывернулась из его рук.

У него дрожали руки. Миг и она очутилась возле тополя.

- Постой, - крикнул Павел.

Будешь меня вспоминать, подумала она. Павел что-то обдумывал. Он не мог забыть, что она без лифчика. Как это делается у других людей? О наставлениях северного волка он даже и не вспомнил. Ольга стояла, опустив руки. У выхода из аллеи  Ольга ушла домой, не разрешив ему провести ее.

Павел в глубокой задумчивости возвратился назад, опустился на скамью. В лицо смеялась желчная луна. Пришла простая мысль, что об этом узнают все, это не спрячешь как грязные носки. Он не смог осуществить свое желание. И в тоже время он понимал, что между ним и Ольгой другие отношения, чем у Жорки с его девчонками. Он начинал понимать, что не его желания должны быть на первом плане. Выбирает не он, а женщина.

Вполне возможно, что, в конце концов, Ольга выберет даже не его.

 

Идти домой не хотелось. Павел вышел из парка и пошел наверх, по Карла Маркса. Херсон потихоньку успокаивался, прохожих на улице было мало. Павел любил свой город. Не зря  военные пенсионеры строили в Херсоне кооперативные квартиры и после службы оседали здесь. Хочу жить в Херсоне, говорили они. Здесь теплое лето, полно арбузов, помидор и все это недорого.

Павел незаметно для себя вышел на Рабочую и остановился. Впереди лежал Панкратьев мост, который в лунном свете был похож на стальную ленту. О нем  было известно, что ночью по нему лучше не ходить. Но сейчас там было безлюдно. Павел долго не думал. Он ступил на мост. Это было нужно, чтобы снова почувствовать себя мужчиной. Он знал, что за ним уже следили чьи-то глаза, здесь в полночь за полночь всегда ошивалась  забалковская шпана. Он шел вперед. Уже на полпути он услышал сзади себя торопливые шаги – его догоняли.

– Сколько времени? - услышал он и обернулся.

За ним бежал шкет, метрах в десяти шла толпа, человек десять. Старый прием. Пока будешь разбираться со шкетом, толпа настигает тебя и игра идет уже в одни ворота. Павел, не останавливаясь и не убыстряясь, посмотрел на свои часы со светящимися стрелками. Было полночь. Он заметил шкету, что тому давно пора спать. Шкет не отставал и попросил двадцать копеек. Была мысль - остановиться и испытать судьбу. Почти как на Аркольском мосту – пройдешь его и станешь героем. Сколько бы он продержался? Но Павлу хотелось пройти этот мост до конца, испытывая при этом такой же кураж, как и те, которые шли за ним. Не останавливаясь, он достал из кармана монету и отдал шкету.

Шкет принял деньги и молча бежал за ним. Он не знал, что еще просить. Он знал, по опыту, что те, у которых просят деньги, обычно срываются. Но этот высокий парень сбивал его с толку. Он не останавливался, не выяснял отношения и, похоже, вовсе не боялся. Пославшие его, хотели испытать его в деле, ждали, что шкет затеет драку, и тогда настанет их время. Но шкет получил все, что он желал, чисто по-человечески он понимал, что зацепок и претензий у него не осталось. Он начал с позором притормаживать, понимая, что дело он провалил. Павел боковым зрением видел - толпа остановилась. У них будет более интересное занятие – разборка с неоправдавшим доверие.

Пройдя мост, Павел свернул направо и вскоре очутился на площади Ганнибала. Бровастый генсек смотрел с огромного панно на площадь. За аркой, которую называли аркой дружбы народов, светились окна кафе, там продолжалась жизнь.

Бровастому генсеку пририсовали четвертую звезду героя, которая не вмещалась на пиджаке. Павел испытал чувство гордости от того, что страной руководит такой лидер. Кто еще был такой заслуженный, награжден столькими наградами. Какое государство было так сильно?

Когда Павел вернулся домой, Жорка читал физику. Кешка развалился у него на животе, издавая утробное рычание. На полу стоял двухлитровый баллон с красным вином.

Жорка посмотрел на бледное лицо друга и сказал:

- Никогда бы не подумал, что так интересно читать на ночь физику.

- Сам же говорил, что там одни законы.

- Не скажи. Вот послушай – мужчина должен возвращаться от женщины только утром.

- Вздор, - сказал Павел.

- Конечно, вздор, - согласился Жорка. – Но вот еще. Если мужчина не курит и не пьет, то от него разит козлом. Согласен?

- Согласен.

- Тогда выпьем и закурим.

Они пили вино с баллона, курили Жоркин «Космос» и стряхивали пепел в банку. Разбуженный  Кешка диковато таращил затянутые белой пленкой глаза.

- Что у тебя с Ольгой?

- Ничего.

Жорка хмыкнул. Павел в раздумье качался в кресле.

- Когда я занимаюсь, - сказал он, - мне кажется, что это несущественно. Настоящая жизнь там, где она. А когда я с ней, все наоборот.

За окном разгоралось раннее утро. Павел встал и предложил Жорке идти собираться, чтобы провести того на остров Колгуев. Жорка посмотрел на Павла.

- Пожалуй, я никуда не поеду, - сказал он. – Мне кажется, что и здесь можно найти занятие по душе.

 


Это интересно!

Николай Довгай

Друзья до гроба, повесть

Владимир Золоторев

Пятая колонна, рассказ

Николай Ганебных

Козодой, стихи


 


Это интересно!

Николай Довгай

Человек с квадратной головой, рассказ

Лайсман Путкарадзе

Веснячка, рассказ

Вита Пшеничная

Наверно так в туманном Альбионе, стихи


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


 

Рассылка новостей Литературной газеты Путник

 

Здесь Вы можете подписаться на рассылку новостей Литературной газеты Путник и просмотреть журналы нашей почты

 

Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу

Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!


Яндекс цитирования